426e02b5

Леблан Морис - Арсен Люпен 19 (По Подсказке Тени)



МОРИС ЛЕБЛАН
ПО ПОДСКАЗКЕ ТЕНИ
— Я получил вашу телеграмму, — сказал, входя ко мне, седоусый господин в коричневом рединготе и широкополой шляпе. — И я пришел. Что случилось?
Если бы я не ждал Арсена Люпена, то ни за что не узнал бы его в этом образе пожилого воякиотставника.
— Что случилось? — переспросил я. — Да ничего особенного, просто занятное совпадение. Я знаю, вы любите вмешиваться во всякие таинственные происшествия не меньше, чем подстраивать их самому…
— И что же?
— Вы очень спешите?
— Да, спешу, если совпадение, о котором идет речь, не стоит того, чтобы им заняться. Так что ближе к делу.
— Ближе к делу? Пожалуйста. И для начала будьте добры взглянуть на эту картину — я купил ее на прошлой неделе в одной пропыленной лавчонке на левом берегу.

Меня прельстила ампирная рама с двойными пальметтками, самато картина убогая.
— И впрямь не бог весть что, — изрек Люпен после недолгого молчания, — но сюжет не лишен известной прелести… Уголок старого двора — ротонда, греческая колоннада, солнечные часы, бассейн, полуразрушенный колодец с крышей во вкусе Ренессанса, со ступенями и каменной скамьей — все это вполне живописно.
— К тому же это подлинник, — добавил я. — Каковы бы ни были достоинства и недостатки полотна, оно никогда не разлучалось со своей ампирной рамой. Да тут и дата обозначена. Смотрите, внизу слева красные цифры: пятнадцать — четыре — два; несомненно, они означают пятнадцатое апреля тысяча восемьсот второго года.
— И впрямь! Но вы упомянули о какомто совпадении, а я покуда не понимаю…
Я достал из угла подзорную трубу, укрепил ее на треножнике и через отворенное окно навел на комнатку в доме напротив, которая была видна, поскольку окно в ней также было отворено. Затем я пригласил Люпена взглянуть.
Он наклонился. Лучи солнца, падавшие в это время дня наискось, освещали простую мебель красного дерева, большую кровать и детскую кроватку с кретоновыми занавесками.
— А, — внезапно проговорил Люпен, — такая же картина!
— Точьвточь такая же, — подтвердил я. — И дата совпадает. Вам видно, там обозначена дата красной краской? Пятнадцать — четыре — два.
— Да, вижу… А кто живет в этой комнате?
— Одна дама… Вернее, не дама, а работница: ей приходится зарабатывать шитьем на хлеб себе и своему ребенку.
— Как ее зовут?
— Луиза д'Эрнемон. Я навел справки: она доводится правнучкой откупщику, окончившему жизнь на гильотине во времена террора.
— В тот же день, что Андре Шенье, — подхватил Люпен. — Судя по воспоминаниям современников, этот Эрнемон был богач. — Он поднял голову от подзорной трубы и добавил: — Любопытная история… А почему вы рассказали ее мне именно сегодня?
— Потому что сегодня пятнадцатое апреля.
— Так что же?
— Вчера я узнал из болтовни привратницы, что день пятнадцатое апреля играет важную роль в жизни Луизы д'Эрнемон.
— Быть не может!
— Обычно она все дни проводит в трудах, шьет, убирает в двух своих комнатках, готовит завтрак к возвращению дочки из муниципальной школы… Но пятнадцатого апреля, вопреки обыкновению, она вместе с дочкой уходит из дому около десяти утра, а возвращается к вечеру. Каждый год, в любую погоду. Согласитесь, есть нечто странное в этой дате, которую я обнаружил на старой картине, если знаешь, что тою же датой помечена другая такая же картина, и вдобавок та же дата побуждает правнучку откупщика д'Эрнемона к ежегодным отлучкам.
— Нечто странное? Вы правы, — задумчиво протянул Люпен. — И никто не знает, куда ходит эта женщина?
— Никто. Она никому не рассказывает. Впрочем



Назад