426e02b5

Ле Иван - Хмельницкий (Книга Первая)



Иван Ле
Хмельницкий. Книга первая
Авториз.пер. с укр. - К.Трофимов
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. БОГДАН
1
В эту предобеденную пору песок чигиринских улиц уже был нагрет
солнечными лучами. С утра над Тясьмином стоял прозрачный туман и ровно,
спокойно дышала еще не пробудившаяся от сна река. Повсюду был праздничный
покой. Люди возвращались из церкви, после обедни, домой, казалось,
умиротворенные. Но глубоко в душе они затаили горькую обиду, невзначай
проскальзывавшую в разговоре с соседями. Наскоро пообедав, они торопились
на площадь, лежавшую у подножия холма. Там двое слепых казаков-кобзарей
пели думы о доле людской, о восставшем русском народе, призывали помочь
ему: "Гей, там Иван Болотников путь пробивает, побратимство славное с
Наливайко прославляет!.."
Люди любили слушать кобзарей, этих провозвестников правды. Если они и
не научат, где можно найти счастье, а где утратить его, то хоть расскажут
в своих думах о том, что творится на свете, куда клонит свои головы
православный народ. Кобзари, как вольные птицы, бродят по миру, пересекают
степи и моря, чутко внимают речам людским и в своих смелых и правдивых
думах рассказывают о виденном, слышанном, о том, что было и что нынче
тревожит человеческие души!..
Среди казаков ходила молва о полковнике коронных войск, бывшем казаке,
переметнувшемся в стан врага. Предал он Северина Наливайко и за измену
народному восстанию получил от короля дворянский титул, принял
католичество и хуже настоящего пана осадника [осадники - колонисты,
поселенцы], польского шляхтича, издевается над украинцами. В этот теплый
праздничный день приехал он в Чигирин искать среди его поселенцев казаков,
принимавших участие в прошлогоднем морском походе и разгромивших турок у
Варны. Зачем? Нагонит ли только страх на людей да постоем надоест, или
карать будет? Сказывают, ищет Яцка, расспрашивает о нем у чигиринцев...
На крутом берегу Тясьмина одиноко стоял подросток двенадцати-тринадцати
лет. Как видно, он чувствовал себя чужим в этом краю. Дети казаков и
поселенцев сторонились его.
Он не столько слушал думы кобзарей о том, как "...на нашей славной
Украине бывали страшные годины испытаний", сколько присматривался к
слушавшим их людям. Вокруг кобзарей, сидевших у подножия холма, толпились
веселые чигиринцы. Одни уже направлялись домой, другие подходили к
кобзарям и клали в их лукошко свое скромное подаяние. А бывало,
какой-нибудь казак, приблизившись к слепцам, шептал им что-то, те кивали в
ответ, и он удалялся. Мальчик заметил, что люди с особенным вниманием
прислушивались к кобзарским думам о Наливайко, переговаривались о чем-то
между собой, сокрушенно качая головами.
Подросток был худощав, высокого роста; его загорелое от солнца и ветра
веснушчатое лицо было еще совсем юным, хотя он далеко не по-детски,
серьезно и внимательно, наблюдал за всем, что происходило вокруг. По
внешнему виду он отличался от толпившихся возле кобзарей детей чигиринских
казаков и мещан. Те в большинстве своем были без штанишек, в длинных
полотняных сорочках, так что порой трудно было отличить мальчиков от
девочек. А подросток носил сорочку из тонкой, недомотканой материи и
коротенькие штанишки из бордового бархата, с поясом, украшенным большой
блестящей бляхой.
Он понимал, что именно эта бляха вызывала у мальчишек зависть и
неприязненное чувство. Каждый раз, когда он пытался приблизиться, они
насмехались над ним, показывали языки. И мальчик старался прикрыть то
одной, то другой рукой этот предмет зависти. Он



Назад